На главную сайта   Все о Ружанах

НИКОЛАЙ РОЗАНОВ

ПРУЖАНСКИЙ ПОВЕТ
(ИСТОРИЧЕСКИЙ ОЧЕРК)

ПРУЖАНЫ. 1935.
Перевод © А.В. Королёв, 2016

Назад Оглавление Далее

ГЛАВА V.
Города.

 

В начале XVI века городов на пространствах нашего повета еще не было. Даже более крупные места, такие как Шерешув и Пружана (в те времена Добучин), носили названия дворов или сёл и были лишь зачатками будущих городов и местечек.

Все города в нашей регионе сформировались при тогдашних дворах. При дворах происходили торги, стали появлятся настоящие ярмарки. Постепенно селились там земледельцы и неземледельцы, первоначально на тех же условиях, как в сельской местности, и только гораздо позже (и не всегда) трансформировались они в горожан.

С учетом уже в те времена существующей среди сельского населения широкой ремесленнической специализации, земледельческие хозяйства долгое время остаются самодостаточными, и земледельцам, необходимы были только торги, где они могли продать излишки своего труда. Таким образом, наш город в первой стадии развития обязан своим рост, по-видимому, в основном местную торговле, а не ремеслу.

Только изменения, произошедшие в хозяйствах в XVI веке (земледельческая реформа, перенаправление крестьянской массы почти исключительно для работ на земле, исчезновение ремесленной специализации), создали для городов новые лучшие условия развития. В то же время общее развитие зарубежной торговли в XVI-м веке, а в результате транзитной торговли, происходят перемены поселений при дворах в города или местечки и создаются условия, которые позволили этим местностям отчетливо четко выделиться от остальных поселений. {99}

В результате этого естественного процесса, сама жизнь требовала создания для этих поселений — будущих городов — особой системы устройства. Начинается развитие городов по немецкому (магдебургскому) праву.

Фото. Н. Розанов
Долина реки Лесьней — дорога из деревни Васьки к Шерешеву.

 

Степень дальнейшего экономического развития возникших городов и местечек зависит от целого ряда переменных факторов:. от общего политического устройства государства, его экономического развития, административного деления и т.п. Эта зависимость проявляется в истории городов и местечек, испытывающих чередующиеся периоды относительного «блеска» или упадка.

Роль дворов, дворищ и замков, в качестве главных усадеб для определенной территории, располагала эти зародыши будущих городов в пунктах, в которых географические условия благоприятствовали пересечению естественных преград, концентрировались первоначальные коммуникационные пути. Например Шерешув находится {100} в наиболее удобном месте, пересечения реки Лесна. Пружаны находятся в таком же месте по отношению к реке Мухавец, Береза и Селец в отношении Ясельды. Коммуникационные пути представляются в развитии городов решающим фактором.

Как уже отмечалось, все наши города были созданы при дворах, в которых сосредотачивалось управление маетностью. Дворы эти, представлявшие, вероятно, в прежние ранние времена пункты обороны, должны были при выборе места, кроме прочих условий, способствующих заселению, в первую очередь обеспечивать безопасность и простоту обороны. Безопасные условия создавали у нас болота и реки, и прежде всего развилки рек. В самом деле, все наши поселки городского характера, основаны при дворах, расположенных у развилок или в самих речных развилках. Шерешув заслоняли реки Фосса и Точница, Пружаны — реки Муха и Вец 1), Селец — реки Яселда и Башта, Березу — реки Ясельда и Кречет.

Вероятно, к самым старым и одним из наиболее часто посещаемым дорогам принадлежал тракт из Бреста в Литве через Каменец — Шерешув — «Жолобатые Мосты» (ныне Юзефин) — Новы Двур. Это была одна из самых легких дорог из Короны (Королевства) и Южной Руси в Литву. Дорога эта имела, по-видимому, важное значение еще в XIII-м веке, так как на ней уже в 1276-м году основан город-крепость Каменец. Важность этого тракта подчеркнута и в более поздние годы целым рядом исторических фактов. Стрыйковский упоминает Тевтонского комтура [см. вики] Эльнерза из Балги, который в 1373 г. использовав, несомненно, эту дорогу, «вторгся и нанес разрушения Литве в Волковыской земле вплоть до Каменьца» 2). В 1507 году проходит по этому маршруту из Короны в Литву Сигизмунд Старый, а 1545 году Сигизмунд Август 3). В 1578-м году, перед походом Стефана Батория на Москве 4), Шерешув становится сборным пунктом польских и литовских войск. {101} В 1660 году «Москцвитин — Хованский», идущий из Гродно на Брест «вперед запустил чаты свои пред собой», которые уничтожили Каменец 5). В 1765-м году Ревизия трактов, мостов и плотин сообщает о Шерешуве как о городе, расположенном на тракте из Высокого в Литву (через Зельву). Инвентарь Шерешевского староства от 1793 года упоминает Виленскую улицу (ныне Пружаньскую) и к тому же упоминает об ущербе, причиненном в 1792 году, когда русские войска проходили через Шерешув, Броды и Вишню.

Эти факты указывают на то, что на самом деле эта дорога как коммуникационный путь из Короны в Литву уже давно играл первостепенную роль.

Не удивительно, что Шерешув в отличие от других наших другой поселений приобретает характер города, и как результат — раньше всех (в период с 1536 до 1559 годы) приобретает городское устройство, за которое благодарен королеве Боне.

В 1521 году Шерешув еще называют селом, Бона покупает «Шерешевские до́бра» в 1536-м году, в 1559 г. король Сигизмунд Август в своем письме к лесничему королевских пущ ссылается на привилей королеве Боне и называет жителей Шерешева уже «мещанами» [горожанами].

В 1595-м году Шерешув получил привилей на ярмарки, дальнейшие декреты, подтверждающие права города, появляются в 1637-1679 годы. В последнем декрете 1792-го года, король Станислав Август заново подтвердил все предыдущие привилегии, отметив, что издавна город Шерешув, «людьми вольными и шляхетными населен».

Вероятно, что перенос столицы государства из Кракова в Варшаву в конце XVI века должен был уменьшить значение тракта через Шерешув, поскольку шляхом из Литвы в Варшаву выбрана дорога много севернее. Тем не менее, даже в этом {102} 1793-м году некоторые купцы шерешевцы вели оживленную торговлю с Гданьском и даже немецкими портами; но, в это время Шерешув был уже в состоянии упадка.

Исходя из данных инвентаризации староства Шерешевского 1793-го г., Шерешув в то время выглядел следующим образом: (написание как в оригинале).

Фото. Н. Розанов
Древняя ратуша с лавками на рынке в Шерешеве.
(отсутствует древняя башня на ратуше)

 

На «небольшом, но соразмерном» рынке в середине стояла каменная ратуша с 16 лавками, «крыша на ней была ломаной, покрытая красной черепицей, башня жестью крытая, довольно красивой выглядела, с жестянным флюгером [? chorągiewką — А.Королёв] на вершине»; напротив ратуши имелась кордегарда (стража) где находились сержант и 4-е солдат, а за ней была «тюрьма» (арестантская). С обоих сторон ратуши были колодцы «дерево обшитые», с крышами.

В городе было пять улиц: Каменецкая имела 162 дома христианских и 24 еврейских, Виленьская — 94 дома христианские {103} и 18 еврейские, Островецкая — 162 дома христианских и 15 еврейских, Новая — 28 домов христианских и 30 еврейских, а также застройка у старого рынка — 3 дома христианских и 38 еврейских и нового рынка — 2 дома христианских и 40 еврейских. С помпой построенный огромный деревянный дворец старосты с другими дворцовыми зданиями был расположен в конце нынешней улицы Липовой.

«Улицы были просторными и довольно длинными, особенно Каменецкая и Виленская, прямые, деревом аккуратно уложенные как-будто дамбы вымощены». «Все дома в Шерешеве, как тут принято, покрыты у богатых гатами [gąta, gonta — клинообразная дощечка, используемая в качестве покрытия крыш, А.Королёв] а у бедных дранкой [dranica] и колотой(?) древесиной [darte drzewo]» «Пожарные инструменты т.е. багры, топоры, помпы и прочее были в домах горожан». Весь город «в отношении порядка застройки домами, выглядит неплохо и безупречно.»

Ремесло было развито достаточно хорошо. В городе имелось ремесленников христиан: сапожников 20, портных (шили только кожухи и сермяги) 5, кузнецов 3, каменщик 1, столяров 1, и большое количество плотников. Еврейских ремесленников было: портных 20, скорняков 6, ювелиров 2, шмуклеров [szmukler — бахромщик, — А.Королёв] 2, стекольщиков 2 и сапожник 1.

Более состоятельные евреи «корчмами занимаются [szynkami się bawią], а богатые купечеством, то есть — из Франкворта, Гданьска, Эльблонга, Крулевца и т.д. и все свои товары в магазинах продают, или если в Шерешеве не продадут, в другие города вывозят».

«Все дела происходящие в городе решают сами в Магистрате, состоящем из следующих должностных лиц: Войта, Бургомистра, Писаря и Советников, а при несогласии стороны апелируют к Брестской Магдебургии и полиции В. Лит. в Варшаве». «Войт получает от города 2 волока поля», остальные (т. е. Бургомистр, писарь и советники) не получают никакого вознаграждения.

Исторические судьбы способствовали тому, что после раздела [Польши] Шерешув вновь на короткое время переживает короткий период подъема, в первую очередь из-за близости Прусской границы, которая до 1807 года охватывала район Белостока, а позднее вследствие близости границы Крулевства Конгресовего [Царства Польского — А.Королёв]. До сих пор слышим среди людей рассказы о купцах, которые прибывали из России в Шерешув за иностранными товарами. Отмена границы после восстания 1831 г. вызывает быстрый и окончательный упадок Шерешева. Целый ряд купеческих семей покинув Шерешув поселяются в других торговых центрах (Пинске, Бресте, {104} Бялымстоке). Жизнь постепенно замирает и Шерешув становится маленькой, заброшенной окраиной.

Второй шлях, известный у нас уже давно как тракт из Кобрыньского и Брестского в Литве, проходил через Пружану. Уже в середине XVI века, мы находим упоминание о существовании дороги, ведущей из Кобрыня в Новы Двур через Пружану — Чарне Лозы, и названной Григорием Волловичем в 1552 году «дорога Кобрынка». Ревизия трактов и плотин 1765 года показывает нам два тракта: один из Каменьца на Пружану до Литвы до Волковыского повета через Речицу — Кивятыче — Кози Бруд, второй из Кози Бруд до повета Слонимского, а также через Пружану и дальше на Винец — Кабаки — Березу. Кроме того через Пружану проходил тракт из Бельска (через Беловежу Шерешув) и важный тракт Пиньск — Гродно. Это создавало благоприятные условия для развития города, который получает магдебургское право в 1589 году.

 

Первое упоминание о Пружане (известной ранее как город Добучыньский) датируется 1473 г., когда князь Иван Кобрыньский, основывая первую церковь, отмечает в акте что ставит церковь эту, в «в заложонем мисты названом Добучины» 6), город в то время был усадьбой властей земли «Прушаней» 7). Чуть позже в 1487-м году эту же местность князь Иван отписывает своей жене и на фундуш [fundusz] основанной церкви, из чего можно сделать вывод, что «Добучыны» уже в то время являлись центром этого района. Название Добучыны соответствует ближайшей деревне Добучын, которая находилась в том месте, где сейчас находится фольварк Бялосовщизна. Первый костел в Пружане основан в 1552-м году старостой Кобрыньским Вацлавом Костевичем, мужем на последней княгини Кобрыньской (см. Главу I и II).

Фото З. Вислоух
Пружана (l. 1941÷1944)

 

Более подробную информацию о «месте Добучыньском» предоставляет нам Ревизия Кобрыньской Экономии 1563 года. В городе имелось 278 хозяйств, в том числе 11 еврейских; в городе был рынок и 5 улиц: {105} Кобриньская, Хватка [В Ревизии — «Хватская» — А.Королёв], Загорье (?), Селецкая и Деречин. Около рынка был костел и православная церковь «Рождественская», королевский двор и королевский сад [В Ревизии — «сад дворный» — А.Королёв]. В городе жило множество ремесленников: 10 мясников, 1 столяр, 3 «чеботаря» (сапожника), 4 портных, 1 красильщик, 1 гончар, 6 кузнецов, 1 седельник, 3 шорник, 1 мельник, 1 ткач. На улице Кобрыньской был {106} «двор плебаньский» и «двор больничный.» За улицами Кобриньской и Селецкой разместилась солодовня. Часть города к северу от реки была еще незастроена и представляла собой т. н. «земли городские» [morgi miejskie]. К городу относились водяные мельницы, две в самом городе, одна в Ясах и одна на Виньце на селецком тракте.

В период между 1563 и 1589 годами название «город Добучиньский» меняется на современное «Пружаны»; в то же время и волость переименовывается в пружаньскую, исторически оправданное схожестью названия в XIV веке.

Магдебургское право дала городу Королева Анна Ягеллонка в 1588-м г.8). Это право и привилегии подтверждены королем Сигизмундом III в 1589-м году. Этот привилей цитируем полностью 9) в приложениях к главе V-го.

Несмотря на общий упадок городов и местечек во времена после раздела [Польши] Пружана до сих пор сохраняет характер города, чем обязана созданию в 1797 году поветовых властей в Пружане.

Постепенное развитие Пружаны иллюстрируется следующей таблицей:

 

ТАБЛИЦА IX.

ГОДЫ 156310) 181711) 186012) 1873-
1880
13)
189714) 192115) 193116)
Число
жите-
лей
всего 1251 824 5468 3995 7635 6332 8019
из них
евреев
4% 45% 53% 64% 67% 68% 53%
недвижимость
(домов)
? 245 ? 594 ? 984 1189

 

Местечки Селец, Береза и Малеч были расположены на двух почти параллельных трактах из Кобрина и Бреста, идущих на восток до Слонимского повета. Один из них проходил от Козьего Брода (из Кобрина и Бреста) до Сельца через Пружаны или с обходом Пружан на Линово — {107} Ольшаны — Винец. Второй тракт, также из Козьего Брода, вел к Березе через Пружаны — Винец — Кабаки, либо также через Линово — Малеч.

 

Улица Добровского в Пружане (прежняя улица Селецкая)

 

О Сельце, как местечке, у нас почти нет известий. Скорее всего развитие Сельца начинается с первой половины XVI века, когда принадлежал королеве Боне. Какую роль отыгрывал Селец в качестве торгового пункта, также нам не известно. Тракт из Пружан на Селец, должен был, использовался издавна, потому как уже в 1563-м году находим в Пружанах в восточном направлении не улицу «Березскую» или «Малечскую» а только «Селецкую.» Кроме того, в «Реестре подушной подати с жидов в. кн. Литовского» в 1702 — 1705 годы, мы видим, что Селец с точки зрения выплаты подушного стоит в повете на 2-м или 3-ем месте, что намного превышает Малеч и Березу. С большой долей вероятности можно было бы заключить из этого, что Селец, как центр торговли, в это время более важен, чем Береза или Малеч. О хозяйственном подъеме Сельца заботилась, обладая им, королева Бона. Уже в 1522-м году получила она у короля Сигизмунда привилей {108} {109} «на еженедельные торги и карчму в деревне Селец» 16). В 1546-м году в результате хлопот Селецкой шляхты определяет Бона в Сельце роки судовые, которые должны были проводится в суде [dworze] Селецком ежемесячно под «предводительством» старосты Кобриньского или урядника Селецкого. Можно предположить, что Селец также когда-то обладал правами города 17). Он также имел привилегии на торги и ярмарки, а также привилегии для расселения евреев. Тем не менее, и в этом отношении мы не имеем конкретных данных. В 1817-м году бывает в Сельце только одна ярмарка в год, в то время как в Березеа их проходит целых 8, в Малече — 7. Правда, и позднее еще, в XIX веке, проходит через Селец почтовый тракт из Кобрина на Ружану — Гродно и Слоним — Слуцк но нет свидетельств того, что в связи с этим хозяйственная жизнь Сельца возродилась.

Во времена постепенного упадка Сельца, все большее значение приобретает рядом расположенная Береза, возможно самый младший город в повете. Уже в начале XVII века, в описании закладки картузианского монастыря в Березе упоминается об этой местности как об «укромном месте», не приводя, впрочем, названия местечка. В 1563 году в Ревизии Кобриньской Экономии Дмитрий Сапега называет Березу обычным «селом».

В день 9/VII. 1629 года Леон Сапега дает евреям привилей дабы в его имении Березском «оселялись, дома себе строили и там жилье свое имели»; кроме того позволяет им «построить религиозную школу в этом местечке Березе». 18) Но в отношении размера подушной подати от евреев, даже в 1702-м и 1710-м гг. Береза находился в повете на предпоследнем месте. {110}

Подушная подать с евреев в городах нашего округа была следующей19):

 

ТАБЛИЦА X.

Города и
местечки
в 1702 г. в 1705 г. ПРИМЕЧАНИЕ:
Сумма
зл. п.
%% Сумма
зл. п
%%
Пружана 485 40% 177 38% Все воеводство Брестское в 1705 г. платило 7110 зл. тогда как город Брест 1384 зл.
Селец 230 19 109 23
Шерешув 247 20 101 21
Береза 143 12 59 12
Малеч 100 9 30 6
Вместе 1195 100% 476 100%

 

Таблица выше, дает нам представление о степени развития наших городов, потому что, как мы видим размеры как в 1702 так и 1705-м годах пропорциональны и в относительном выражении практически идентичны.

Ревизия трактов от 1765-го года показывает нам тракт «из Козьего Брода до Слонимского повета», соединяющий Брест со Слонимщиной, Новогродщиной и Случщиной и ведущий через Березу. Ревизия эта действительно показывает его через деревни Винец и Кабаки, с обходом Мальчи, но стоит предположить, что существовало также направление и через Малеч. Это предположение подтверждается упоминанием в 1702-м году об установлении для шляхты, обитающей «при тракте Пружаньском» местностей Березы, Блудня, Малчи и Линова в качестве сборных пунктов для рыцарской панцырьной хоругви, из чего следовало бы, что по этой трассе должен был проходить маршрут главного тракта до Бреста.

 

Важность города Береза, несомненно, поднялась после закладки в 1648-м году величественного картузианского монастыря. Конечно именно работы при сооружении монастыря как и более позднее хозяйствование монахов в предоставленных им обширных {111} до́брах Березских, а также частые визиты в монастырь представителей богатого семейства Сапег 20) должны были внести свой вклад в развитие города. Дальнейший свой рост Береза обязана, вероятно, шоссе от Москвы до Бреста, открытого в 1842-м году, которая до времени постройки железной дороги представляла собой основную коммуникационную артерию от Москвы до Бреста и Варшавы.

Последний из наших городов, Малеч, еще в 1563-м году был всего лишь селом Пружаньской волости Блуденьского староства. После образования в конце XVI века, Блуденьского староства, Малеч стал частью этого староства, но ничем особо среди окрестных деревень не выделялся. Неизвестно, по каким соображениям решили дать Малчи Магдебурские права в 1645 21) году и в последующем подтвердить эти права в 1650-м году. Город никогда не переживали периоды блеска и выработал ни прочных форм городской системы, ни сословия горожан, ни городских традиций. Старостинная Блуденьская Изабела Ходкевич уже в 1668-м году нарушает городские права, а делегатов города, которые ехали в Варшаву, чтобы показать королю свои права, она задерживает и связывает, слуги старостинной делегатов этих избивают, и потребовалось только личное вмешательство короля, чтобы делегатам была возвращена свобода. В 1701-м году, в инструкции послам Брестского воеводства, упоминаются повторные нарушения прав местечка и лишение войтовства городского войта старостинной Блуденьской. По-видимому городское устройство Мальча было просто фикцией. {112}

Фото. Н. Розанов
Вид на монастырь Картузов в Березе Картузкой начала XIX в.
Сегодняшний вид руин монастыря.

{113}

Беседка с башенками в монастырском саду.
Фото. Н. Розанов
Главные въездные врата монастыря в Березе

{114}

Упадок Мальча происходит, вероятно, уже в XVIII веке. Предания местные сообщают, что сразу же после третьего раздела [Польши] жители Мальча обращались к российским властям, чтобы восстановить свои городские права, но безрезультатно. Проведение шоссе Москва-Брест повысило значимость Березы, и внесли свой вклад в окончательный упадок Мальча, который остался в стороне, и хотя лежал на торговом пути из Пинска в Гродно, а в 1860 году имел еще 7 ежегодных ярмарок, своим видом все более и более походил на обычную деревню. Железная дорога Барановичи — Брест внесла вклад в развитие района Блудня и к созданию местечка Линова, а также обошла Малеч, который окончательно пришел в упадок.

Судьба наших городов и населенных пунктов была похожа на судьбы сотен подобных деревень в районе б. В. Кн. Литва. Поднявшиеся в конце XVI и в середине XVII века, часто без достаточного экономического обоснования до уровня городов, они не могли бы образовать достаточно сильное автономное устройство, которого достигли лишь некоторые крупные города, как, например, Вильна, Лида, Новогрудок, Волковыск, Пиньск, Брест. Небольшие города, расположенные в границах земледельческих добр, несмотря на предоставление им городских прав, тем не менее, по-прежнему зависили от воли господ — владельцев или державцев этих добр. Господа выкупили войтовства 22) и таким образом получил власть над горожанами, и, в конце концов, получили такие преимущества, что могли часто назначать уже не только войтов, но даже бургомистров и советников. Автономность этих городов стала фикцией, нормальное их развитие стало невозможно, в то же время наступил экономический спад, еще более усиливавший общий упадок экономики {115} страны в начале XVIII века.

Фото. З. Вислоух
Пружана — прежнее староство (дворец Орбеляних).
вид со стороны парка (1.1941÷l944).

{116}

В XIX веке новый политический строй, новые экономические условия, а также развитие новых и новейших коммуникационных артерий лишает большинство наших местечек главной основы их развития — экспортной торговли и транзита. Одни полностью теряют характер города и становятся в один ряд с сельскими поселениями (Селец, Малеч), другие просто прозябают (например Шерешув) и лишь немногие продолжает развитие благодаря торговле (Береза) или устройству административного деления (Пружаны).

Численность населения наших городов в разные периоды представлена в следующей таблице 23):

 

ТАБЛИЦА XI.

Названия городов
и местечек
1798 1870-80 1921 1931
Все­
го
в том
числе
евреев
Все­
го
в том
числе
евреев
Все­
го
в том
числе
евреев
Все­
го
в том
числе
евреев
Шерешув 1432 28% 9196 52% 3310 40% 3549 37%
Селец ? ? 2306 40% 997 24% 1679 13%
Береза ? ? 2507 44% 3526 61% 4400 51%
Малеч ? ? ? ? 893 53% 1416 36%

{117}

 

Назад Оглавление Далее
 

Яндекс.Метрика